Какой момент в постмодернистском футболе — если под «постмодернизмом» мы понимаем это измученное и испорченное тысячелетие — был для вас самым ярким? Нам нужно сузить временные рамки до последних 25 лет, так что выбирайте. Этот период явно доминировали два известных игрока, так может быть, это было классическое дерби 2014 года со счётом 3:4 с их участием? Также вспоминаются камбэк «Ливерпуля» против «Милана» в 2005 году, финал чемпионата мира Аргентина — Франция со счётом 3:3. И, конечно, если подходить к вопросу сугубо субъективно, то для кого-то это может быть победа скромного «Гримсби» (4-й английский дивизион) по пенальти над «Манчестер Юнайтед» в Кубке Карабао в этом сезоне. Как 60-летний болельщик «Гримсби», я плакал на диване (живя в Доности) от восторга, хотя серия пенальти подняла моё давление до высот Эвереста.
В конечном счёте, футбол дарит радость сугубо индивидуально. В случайной вселенной пятый гол «Торредонхимено» в ворота «Лоха CD» в первом региональном дивизионе Андалусии в 1976 году тоже мог стать для кого-то таким моментом, и да поможет ему Бог. Мы не можем заглянуть в головы других. То, что вызывает у вас прилив дофамина, принадлежит только вам. Однако я бы хотел предложить, что среди обширных категорий возможных ответов на этот вопрос есть один особо выдающийся кандидат…
Вернёмся к 77-й минуте 29 апреля 2012 года, на один из наименее гламурных футбольных стадионов в Вальекасе, Мадрид. Хозяева поля, «Райо Вальекано» — всеми любимая команда-«Робин Гуд» — терпят разгром от богатой «Барселоны», проигрывая к тому моменту 0:4. Дани Алвес, ещё не отягощённый тюремными оковами, навешивает справа, и Тьяго, опережая небольшого Месси, несколько неловко, но эффективно отправляет мяч головой в угол ворот «Райо» — прямо перед собранием фанатов «Буканерос» с их серпом и молотом, чьи береты Че Гевары блестят в вечернем солнце. Счёт становится 0:5, но вместо того, чтобы вернуться в центральный круг, Тьяго подбегает к фанатам «Райо» и салютует Алвесу, сделавшему пас, после чего они оба решают исполнить небольшой танец в честь своего довольно нелепого гола. Матч завершился бы возмутительным счётом 0:7, и капитан-«металлист» Карлес Пуйоль, предвидя неминуемый крах хозяев, но желая сохранить к ним хоть какое-то уважение, подбегает к Тьяго и Алвесу и толкает их обоих в сторону центрального круга, прекращая этот фарс, словно раздражённый учитель, разнимающий драку на школьном дворе.
Это остаётся одним из величайших моментов в футболе, если не самым великим, в зависимости от вашей позиции в этот конкретный период, когда неблагородная практика «мразматизма» (неспортивного поведения), кажется, достигла своего пика. Возможно, всегда найдётся свой Пуйоль — такой футбольный Лиам Нисон, который спасёт вашу дочь от негодяев-похитителей, рискуя жизнью, чтобы восстановить вашу веру — именно в тот опасный момент, когда она была готова покинуть вас. На прошлой неделе Джонатан Лью опубликовал отличную статью в The Guardian под названием «Сходящиеся моральные паники футбола отражают наше раздробленное мировоззрение».
В этой статье он расширяет фокус за пределы популистского недовольства VAR, чтобы представить более широкую картину нашего общего отчуждения от футбола «от Инфантино», где важен каждый, кроме самого болельщика. Бывшие футболисты выстраиваются в очередь, чтобы стать комментаторами, только чтобы утомлять нас своей барной болтовней, а владелец «Манчестер Юнайтед» проявляет межкультурную чувствительность на уровне килограмма моркови. Или даже хуже, как выразился Лью: «…усталые мужчины угрюмо ворчат раздвоенными языками в спонсорские микрофоны: погребённые под игрой, которую они презирают, но за комментарии к которой им щедро платят».
По мнению Лью, дело не столько в ностальгии, сколько в ощущении потери ориентиров, словно мы начинаем ненавидеть продукт, но не можем от него отказаться, не можем сбежать. Для стариков вроде меня, вскормленных молоком старой модели футбола, моя ностальгия может превратить меня в неловкий и устаревший мем. А мне-то что? Бобби Чарльтон, поправляющий свою причёску, в стиле Анасагасти, перед тем как отпраздновать гол простым рукопожатием; скрип турникетов и аромат табачного дыма, пропитывающий чувство равенства во всём этом… тогда всё равно ощущалось, что футбол каким-то образом принадлежит тебе – что он был твоим, и твои вложения в него не были прикрытием, зданием, построенным для того, чтобы какой-то швейцарский болван мог вручить свой «Трофей Яиц» Доктору Стрейнджлаву.
Но Бобби Чарльтон и благородные джентльмены с причёсками не вернутся. И хотя я с этим смирился, я оставляю за собой право сожалеть об утрате определённой сдержанности – чего-то похожего на спортивное поведение. Кажется, мы постоянно пребываем в состоянии тревоги, хотя футбол должен был быть отдушиной от всего этого. Разве поездка на стадион раз в две недели не была способом забыть о бытовых и чужих проблемах, 90-минутным экзистенциальным актом Гудини, способом в конечном итоге убежать от самого себя? Конечно, была. Но, как утверждает Лью в одном превосходном абзаце, сейчас это должно быть ещё актуальнее:
«Мы живём в мире, всё более определяемом нестабильностью и безумием. Это совершенно сбивает с толку. Человек в красной бейсболке сидит в комнате и «убивает» иностранных лидеров, словно играя в видеоигру. Дети умирают, и никому нет дела. Вы не знаете, реальна ли эта фотография. Вы не знаете, произошло ли это событие на самом деле. Кажется, половину жизни проводишь, вводя шестизначные коды аутентификации. Видео на YouTube, которое вы хотите посмотреть, начинается с 50 секунд неперескакиваемой рекламы. Футбол раньше был нашим убежищем».
Убежище? Теперь мы вынуждены ждать вечные пять минут, пока VAR решит, что пенальти на самом деле не было. Мы платим всё более высокие цены, чтобы смотреть на нелепо переплачиваемых людей, большинство из которых в реальном мире закончили бы как посредственные страховые агенты. Крупные команды всё чаще настаивают на ауре некоего неотъемлемого права, словно место в Лиге чемпионов — это своего рода привилегия, дарованная историческими обстоятельствами и традициями. Заголовок на BBC на прошлой неделе спрашивал: «Слишком ли велик «Тоттенхэм», чтобы вылететь?» Чёрт возьми, нет.
И список грехов продолжается. Игроки падают на землю всё более театрально, словно каскадёры на прослушивании, в то время как царит безнаказанность. Если бы VAR сосредоточил своё внимание на этой пагубной практике, что легко можно было бы сделать, тогда, возможно, появилась бы надежда на моральное возрождение — меньше чувства потерянности и беспомощности. Но есть ощущение, что этого не произойдёт. Не будет Карлеса Пуйоля на белом коне, с его «металлическим» конским хвостом, развевающимся на ветру напалма, прочёсывающего леса этой чёртовой «мразматизма». Мы проглотим это и будем платить взносы, потому что мы запрограммированы так поступать. Мы не можем избежать еженедельной дозы дофамина, строго вводимой с детства. Вот так оно и есть.
Возможно, Джонатан Лью упустил этот момент в своей, в остальном, превосходной статье. Ибо что мы ищем, если не просто небольшую порцию достоинства время от времени? Нет ничего плохого в стремлении к конкуренции, нет ничего плохого в желании побеждать — но оптика искажена, баланс смещён, и корабль тонет. Отряд Карлесов Пуйолей не смог бы вернуть нас в идеальный мир, которого на самом деле никогда не существовало. Но, возможно, мы приближаемся к такой точке насыщения «мразматизмом», что некоторые команды решат остановить это. Хотелось бы верить. Некоторые команды будут выигрывать матчи и первыми пожимать руки соперникам. Некоторые тренеры будут настаивать на честной игре и штрафах за симуляции. Джанни Инфантино снова спрячется под камень, из-под которого он вышел, чтобы его заменил кто-то менее движимый жаждой наживы и потворством автократам. Что-то хорошее может выйти из этой грязи.
Я на это очень надеюсь, потому что вдали от полей помпезности высших лиг, шестидесятилетняя эмоциональная привязанность к «Гримсби Таун» и тридцатипятилетняя к «Реал Сосьедад» научили меня восставать против угасания этого особого света на закате моих дней.
Пуйоль — президент ФИФА — немедленно!
Фил Болл, 7 марта 2026 года
